Коронавирус в Краснодарском крае. Официальная информация

Выселки +5 °C

Подписка на газету
Культура

24.01.2018

Выселковская группа «Консилиум» готовится дать юбилейный концерт

ТРИДЦАТЬ ЛЕТ И ТРИ ГОДА

Накануне концерта мы пообщались с руководителем группы Юрием Мащенко.

— Юрий Борисович, Вы собрали первый состав своей группы в 1987 году. Как Вам было не страшно? Что это за годы в музыке – восьмидесятые, золотой век же! Шедевры шли толпой как с конвейера, уже спели «Битлы», «Роллинг Стоунзы», «Модерн Токинги», Мадонна и Джексон работали фантастически плодотворно. В том году мир услышал «Нирвану» и «Киндом кам»… В любом жанре, в любом направлении как горячие пирожки возникали великие вещи. Как было выходить на сцену – пусть более скромную – когда с других сцен играли те, кому еще сто лет не будет конкурентов?

— Всё очень просто. Конечно, мы понимали, что уровень многих исполнителей тех лет почти недосягаем. Но у нас были наши песни, собственные, и мы хотели, чтобы люди их узнали. Есть такая потребность у музыкантов – делиться своими песнями с людьми. Так вот, были наши песни, и появилась возможность их представить слушателям. А насчет уровня исполнения… Музыка – это путь, конечной цели которого нельзя достигнуть, никогда нельзя дойти до полного совершенства: всегда впереди есть новая вершина. Это как до горизонта, его видишь, но настичь не можешь, он всегда далеко. Зная эту истину, мы все же отправились в путь…

— Искусство как спорт, или как ходьба на крутую гору, один в один: в том плане, что если не идешь вперед, то катишься назад, просто стоять на месте тут не дано. Не устали за эти годы карабкаться на верхотуру, где привалов-то не бывает?

— Эта усталость не из тех, что зовут на отдых или назад к подножию. Она и есть творческое удовлетворение. Мы проводим три-четыре полноценных пятичасовых репетиции в неделю, между тем как профессиональных музыкантов среди нас немного. Люди приходят после тяжелой рабочей смены или дня учебы и часами репетируют – просто потому, что не могут иначе. Наши двери открыты для всех, любой желающий может присоединиться к нам. Сильных исполнителей сразу попытаемся встроить в группу, слабых – подучим. Но остаются здесь на годы только те, для кого создавать музыку потребность, а не развлечение.

— Очень интересно узнать: как пишутся песни? Из первых рук…

— Технически все песни рождаются примерно одинаково, независимо от того, будут ли они жить долгую жизнь или вскоре позабудутся. Сначала пишется вступление, потом куплеты, припевы. В общем, по кусочкам. Потом только

получается единое целое, и если песня удалась, то как-то сильно изменить ее, разорвать, безболезненно переделать просто нельзя – она перестанет быть собой. Но от старания, желания сделать тут зависит не все, иногда работать легко, иногда почему-то трудно.

— Что вы играете, какие жанры используете, какие нравятся больше всего?

— У нас большая по составу группа, одиннадцать человек. И в рамках группы существуют, по сути, три независимых друг от друга проекта, которые играют в очень разных стилях – мы исполняем все, от тяжелого рока и джаза до поп-музыки и авторских песен. Ну и нравится нам, соответственно, практически все. Места на сцене хватает всем, часто на концертах мы используем стиль сейшн: одни исполнители сменяют на сцене других, выступая в разных жанрах. Большинство песен у нас своих, но в нашем репертуаре немало кавер-версий как отечественных, так и зарубежных исполнителей.

— Не понимаю кавер-исполнения, из переделок признаю только творчество Мориа и Кониффа. Хотя музыка – это не та область, где можно доспориться до истины, тут все на «люблю – не люблю»…

— Евгений, а тут я задам вопрос: нравится ли Вам «Статус Кво»?

— Еще бы, «Теперь ты в армии» — хит «фореве»!

— Так вот, эта любимая миллионами во всем мире композиция и есть кавер-версия песни братьев Болланд, которую в оригинальном исполнении никто знать не хотел. Кавер пели «Зе Дорз», «Нирвана», «Бони М», «Пет шоп бойз», «Назарет» и много еще кто, а люди считают, что это оригинальные версии. О вкусах спорить не станем, но перепев известной песни не всегда признак того, что из своего творчества исполнителю петь нечего. Это попытка переосмыслить песню, создать свой вариант, попробовать свои силы.

— Хорошо. Но вот, например, на Марс, лет так на тридцать… Что бы Вы взяли с собой, какие песни?

— Из наших – записи «Песняров», «Аракс», «Цветы», «Парк Горького». Из «ненаших» «Битлз», «Иглз», «Чикаго», «Пинк Флойд» — это самое любимое, основа.

— Каков для Вас критерий хорошей песни, что ее отличает?

— Для профессионального музыканта и просто любителя музыки критерии оценки несколько разные. Для меня важнее всего мелодичность музыки, важен и технический уровень исполнения. По-моему, в России самую мелодичную музыку пишет Юрий Антонов – он для меня эталон. А вообще, если от услышанной песни пошли по коже мурашки, значит это хорошая песня. От лучших композиций самому хочется петь, стать добрее, улучшается настроение.

— Техника исполнения важна, но, на мой взгляд меломана, все же не главное. Как-то мне сказали, что в одной композиции «Дрим театра» больше техники, чем во всех альбомах «Металлики», поэтому «Театр» лучше…

— И я с ним согласен – у этой группы высочайший уровень мастерства.

— Но я возразил: «В одну композицию «Металлики» больше вложено души, чем во все альбомы «Дрим Театра». Мы с Вами о ценности можем спорить бесконечно долго, и это нормально: это же музыка, тут нет формул и мало рассудка, она – для души…

— И Вы правы тоже. Любая музыка, которая нравится людям, достойна существовать. А мы, музыканты, должны прививать слушателю любовь к хорошим вещам, открывать лучшее, что есть в этом искусстве, как бы ни назывался жанр.

— Лучшие профессиональные группы со временем распадаются, что уж тут говорить о любительских коллективах. У «Консилиума» сколько было составов?

— Сегодня играет третий состав, считая от года создания группы. Первый просуществовал около двух лет. Второй состав собрался в начале двухтысячных и работал примерно десять лет.

— По закону жанра, Вы бы должны похвалить сегодняшних участников, вслух добром вспомнить о прежних, а в душе тосковать о самых первых помощниках – ведь и Вы были на тридцать лет моложе, и трава была зеленее, и вода мокрее, ностальгия…

— Признаюсь, ностальгия – то, от чего не убежит никто. Я очень благодарен тем людям, вместе с которыми начинал выступать, написал свои первые песни. Но добавлю, что вот именно этот, сегодняшний состав, я люблю больше всего. Музыкант без понимающего его, поддерживающего в работе коллектива ничто. В одиночку на сцене делать нечего, как бы ты ни был хорош. Много лет я мечтал собрать состав именно такого качества, который у нас сейчас есть. Александр Нунаев – гитара и аранжировки; Владимир Вервай – ударные установки, первый помощник в джазе; Аскер Тлехурай – гитарист, настолько талантлив, что за полгода выучил весь наш репертуар; два музыканта из Кореновска: очень сильный вокалист и автор песен Борис Бобровский, и Стас Мартиросян – профессиональный барабанщик; Лина Черкашина – вокал, бэк-вокал; Анна Мазаева – вокал и клавишные; Данил Ганыч – недавно пришел, но вполне влился в коллектив, он гитара и вокал; Влад Озимов – профессиональный бас-гитарист и вокалист; Сергей Костерин – гитара и бас-гитара; и ваш покорный слуга – гитара, вокал, аранжировки и еще автор стихов и музыки. Вот это сегодня и есть группа «Консилиум».

— Что это мы все о хорошем, так и пересластить интервью недолго. Вот ложка дегтя. Однажды я проходил по площади, ваша группа выступала на сцене. Несмотря на изрядное любопытство, я все же обошел центр стороной: возможно, вы исполняли идеально, но качество звука на выходе… Ваша аппратура выдавала все, на что была способна, но звук был искажен. Вашей вины в этом нет, так как хорошие аппараты для уличных выступлений стоят вагонов денег.

— Что сказать… Мы делали все что могли. Зато здесь, на нашей базе, в ДК имени Стрижака, для нас есть все условия. И приличная аппаратура, и достойные инструменты, и хорошая акустика в зале. Очень скоро, 2 февраля,

у нас будет особое событие. Мы дадим концерт, который подытожит тридцать лет существования группы «Консилиум» и три года работы нынешнего состава. Обещаем, звук будет хорошим. Исполним и кавер-версии заграничных песен, которые любой уважающий себя меломан помнит с детства, и песни советских ансамблей, и конечно, многие свои песни. Любой слушатель найдет то, что ему по душе.

— Не клянусь, но если смогу, то приду. Пусть это звучит рекламой, но — почем билеты-то?

— Вход бесплатный для всех желающих нас послушать. Этот концерт для нас настолько выдающееся событие… Мы очень хотим подарить землякам песни бескорыстно, как праздник, как хорошее настроение, и очень мечтаем, что нас поддержат. То есть просто придут и выслушают, мы верим, что многим понравится то, что мы сделали.

— Заставлять человека хвалить себя было бы не очень этично, хотя гордиться есть чем. Скажу-ка я за Вас, благо порылся в интернете. Вы были участником концерта «Все звезды» в Сочи, а Ваши песни еще недавно крутили в чартах московских радиостанций. В последний раз сто шестнадцать ротаций, причем, по-моему, в том числе на «Москва-ФМ». Это успех тот, о котором Вы мечтали?

— Не совсем. Участие в концертах и радиочартах, конечно, вещь очень приятная, она дает новые силы и хорошее настроение. Но главное в жизни — это повседневность, а не праздник большого концерта. Важнее всего все-таки «Консилиум», мое детище, то, чем живу много лет.

— Спасибо за интервью и за то, что пытаетесь сделать нашу жизнь добрее. Надеюсь, 2 февраля земляки тоже поблагодарят Вас за труд – аплодисментами.

Шрифт

Изображения

Цветовая схема